Владимир Маяковский: Азарт, как стиль жизни

Владимир Маяковский. В самом начале XX века - многообещающий поэт, буян, забияка. Даже среди горлопанов футуристов он потрясал воображение публики напором и экспрессией. Его выступления разрывали повседневность в клочья. И главной его эмоцией в общении с публикой был азарт - кто кого?

Игра на сопротивление

Маяковский набрасывался на жизнь с ожесточенной страстью. Он все делал на высоком напряжении: писал стихи, влюблялся, играл. Чащ он играл на интерес. Но проигрыш воспринимал, как настоящую трагедию. Он заключал пари на номер трамвая или на то, сколько бородатых мужчин встретит за день, стрелял в тире на ярмарках, покупал лотерейные билеты…

Играя в городки на даче у Бриков, Маяковский успевал придумать новую строку стиха и тут же записывал ее на папиросной коробке. Его поэзия также была игрой. Причем игрой на сопротивление: слову, публике, общественному мнению.

Когда в 1918 году в политехническом институте проходили выборы «Короля поэтов», Маяковский отнесся к происходящему очень серьезно. Поэты читали стихи - слушатели голосовали. Основная борьба за статус короля развернулась между Маяковским и Северяниным.

И если Северянин быстро уехал после выступления, безразличный к результатам голосования, то Маяковский страстно желал победы. Он метался из актерской на сцену, следил за процессом голосования и приговаривал: «Только мне кладут и Северянину!» В тот вечер он проиграл.

Любой проигрыш поэт воспринимал как личное оскорбление. Однажды, сражаясь с художником Анненковым в крокет, он проиграл 3 рубля. Поэт расстроился не на шутку. Он не мог вынести поражения и предложил продолжить игру ночью. По его замыслу, ночь должна была добавить остроты и дать возможность разгуляться слепому случаю. Той ночью Маяковский проиграл четыре партии подряд. Долгие годы он не мог простить Анненкову свое поражение.

«Буржуйские забавы» советского поэта

Маяковский вообще любил азартные игры. Игра задавала его жизни какой-то фантастический темп, в котором он только и чувствовал себя комфортно. И дома и за границей Владимир оставался самим собой: неуемным, ярким, щедрым.

Однажды в Берлине, куда он приехал с Лилей Брик, он встретил страстного игрока в покер, тоже русского. Они играли несколько дней подряд. Если удача была на его стороне, вся компания отправлялась в самый дорогой берлинский ресторан «Хорхер». Маяковский платил за всех. На выигрыши он покупал подарки для своей Лили.

Маяковский приезжал в Париж восемь раз. Он писал Лиле, что в Париже «скука смертная» и, если бы ни карты и бильярд, ноги бы его здесь не было.

В двадцать пятом году во Франции с Маяковским произошла странная история - его обокрали. Украли двадцать пять тысяч франков, все его деньги - командировочные и личные.

Они хранились в надежном банке, но почему-то за день до кражи Владимир снял их со счета и положил в карман пиджака. Маяковский телеграфировал Лиле о том, что у него украли «все бумажники».

Денег Брик послать не могла, и Маяковский попросил двести червонцев в Парижском торгпредстве. Друзья поэта готовы были дать голову на отсечение, что Владимир проиграл деньги в казино.

Будучи страстным по натуре, Маяковский с жадностью отдавался каждому новому увлечению. Он любил проверять людей на способность увлекаться и рисковать. Сам он в вечной погоне за новым эмоциями ввязывался в любые рискованные эксперименты. Игра с судьбой была его главной страстью.

Из Парижа Маяковский привез маленькую рулетку - размером с карманные часы. Он испытывал фортуну, играя с первым встречным. Но играл он не только на игрушечной рулетке. В 1923 году Маяковский, будучи в Ницце проиграл в рулетку все до последнего сантима. Случайно встретив Анненкова, и даже не дав тому опомнится, Владимир закричал: «У тебя нет 100 франков? Ужасно негостеприимная странишка! Я проигрался в пух и прах!»

Азартные игры в какой-то степени заменял поэту игру со смертью, к которой тяготела его натура. Когда в 1916 году после неудачной попытки суицида Лиля Брик увела Владимира к себе домой, он попросил ее поиграть с ним в преферанс. Они просидели за игрой до самого утра.

Маститый  бильярдист

Кроме казино Маяковский был завсегдатаем бильярдных. Поэт играл в бильярд блестяще. О его таланте бильярдиста ходили легенды. Обычно он заходил в бильярдную со словами «Ищу очередную жертву».

С профессиональными бильярдистами Владимир играл редко. И не потому, что боялся их: игру всегда можно было уравновесить форой, без которой редко складывается интересная, то есть почти равная игра.

Ему претили ухищрения профессиональной игры, обязательно связанной со сложными тактическими ходами, со сверхосторожным отыгрышем и с известной долей коварства.

Но не любил он и «пустой» игры, то есть без всякой ставки. Пусть маленький «интерес», хоть полтинник, хоть бутылка сухого вина, но заинтересованность в игре должна быть.

Исключения он делал только для партнеров заведомо слабых, игра с которыми — даже при любой форе — была для них безнадежной. Так он играл с Луначарским, который игру очень любил, пользовался любой свободной минутой, чтобы «покатать шарики», но играл чрезвычайно слабо.

У Маяковского был поразительно точный и сильный удар. Особенно хорошо он играл угловые шары, но и в середину любил положить шар «с треском». Он почти не играл «на себя», поскольку в такой игре преобладает изощренность, которой он избегал, если была малейшая возможность играть эффектно, на публику.